Бабкин Михаил Николаевич

Михаил Николаевич Бабкин родился в 1922 году в селе Старая Пайда Анненского района Воронежской области, вырос в Киргизии, в городах Кызыл-Кия и Джалал-Абад. Русский. Член КПСС.

После окончания средней школы и аэроклуба в го­роде Фрунзе был направлен в Чкаловское военное авиационное училище. Старший лейтенант. Летчик- штурмовик, заместитель командира эскадрильи.

Свой боевой путь начал за штурвалом самолета в июле 1943 года во время Орловско-Курской битвы. Участвовал в боях за Белоруссию, сражался на терри­тории Польши и Восточной Пруссии. На протяжении всей войны проявлял мужество, стойкость, героизм и доблесть.

Боевые подвиги летчика высоко оценены Родиной: Михаил Николаевич Бабкин награжден двумя орде­нами Красного Знамени, Отечественной войны I сте­пени, орденом Красной Звезды и рядом медалей. 18 августа 1945 года удостоен звания Героя Советско­го Союза за выполнение боевых заданий и совершен­ные 192 успешных боевых вылета на штурмовку жи­вой силы и техники противника.

После войны Герой продолжал служить в рядах Советской Армии. В декабре 1959 года погиб на бое­вом посту.

И СТАЛ ОН ЖИВЫМ ПРИМЕРОМ

Героя Советского Союза Михаила Никола­евича Бабкина считают своим земляком джалалабадцы и кызылкийцы .И те, и другие по праву. Так уж получилось, что родивший­ся в Воронежской области Михаил рос в Кир­гизии, учился попеременно в школах Джалал-Абада и Кызыл-Кии. Сегодня на зданиях этих школ в честь Ге­роя установлены мемориальные доски. Созда­ны школьные музеи, рассказывающие о жизни и ратных подвигах Михаила Николаевича. Среди экспонатов можно увидеть личные вещи летчика, переданные членами его семьи.

А военная биография Михаила Бабкина складывалась, как и у многих его сверстников. Аэроклуб, военное авиационное училище, фронт. Война в прямом значении этого слова началась для лейтенанта Бабкина в июле 1943 года.

Свежие резервы вводились в бой, как пра­вило, на самых горячих и решающих участках фронта. В июле сорок третьего таким участком была Курская дуга.

Потерпев сокрушительное поражение под Сталинградом, фашистская Германия решила взять реванш под Курском. Гитлеровское ко­мандование тщательно готовило наступатель­ную операцию под кодовым названием «Цита­дель», рассчитывая именно на Курском нап­равлении повернуть ход войны в свою пользу и обойти Москву с юга.

В это лето сюда было подтянуто более двух тысяч танков и штурмовых орудий. Большие надежды вермахт возлагал на тяжелые танки «тигр» и «пантера» с мощными крупнокали­берными пушками и невиданной прежде бро­ней.

Весь июль внимание всего мира было при­ковано к пылающим и грохочущим от несмет­ной. лавины танков и самоходных орудий, за­литым кровью и мазутом курским полям. 12 июля здесь, под деревней Прохоровка, прои­зошло небывалое доселе танковое сражение, в котором столкнулись во встречном наступа­тельном бою более полутора тысяч танков и самоходных орудий.

На этом самом участке фронта и получил боевое крещение военный летчик Михаил Бабкин.

Соколы! Этим гордым и красивым именем прозвали советские люди пилотов. В этом наз­вании тесно переплелись и связь с горьковским Соколом, с его смелостью, жаждой неба и борь­бы, и сравнение с отважной свободолюбивой птицей, и любовь народа к своим крылатым сынам.

С первых и до последних дней войны наши летчики делом доказывали свое право назы­ваться соколами. Бесстрашно и беспощадно били они фашистских стервятников, нанося им смертельные удары с воздуха.

Очень уж уповали гитлеровские вояки на сверхмощные «тигры» и «пантеры» с непроби­ваемой броней, не ведая, что советские спе­циалисты приготовили им сюрприз. В боях под Орлом и Курском впервые были применены противотанковые авиационные бомбы направ­ленного действия. Они были способны проби­вать любую танковую броню.

И когда фашисты начали свое наступление па Орловско-Курской дуге, на тапки врага обрушили пушечный огонь и бомбы советские летчики-штурмовики. За первый день боев только летные экипажи дивизии, в состав ко­торой входил самолет М. Бабкина, уничтожили более 30 танков.

За время Курской битвы штурмовик «ИЛ-2», ведомый лейтенантом Бабкиным, 16 раз под­нимался в небо. И каждый вылет — это мощ­ные удары по скоплениям врага и его техники, это страх, паника и смятение в стане захват­чиков. Ведь, как признавались сами пленные гитлеровцы: «Нет большего ужаса, чем само­леты «ИЛ-2». Они сводят нас с ума».

Очень хорошо об этом штурмовике сказал дважды Герой Советского Союза летчик-космо­навт Георгий Тимофеевич Береговой, отлично знавший его в воздушном бою. «В «ИЛ-2», как самолете поля боя, — говорил прославленный ас. — конструктивно очень удачно найдено со­четание скорости, маневра, брони и огня. Его удары по врагу были неожиданными и сокру­шительными».

На Орловско-Курской дуге советские вой­ска не только отразили вражеское наступле­ние, но и основательно перемололи ударные силы гитлеровской армии.

За участие в боевых операциях в ходе Кур­ской битвы и нанесение мощных ударов по врагу лейтенант Бабкин был награжден орде­ном Красной Звезды.

Грандиозная Орловско-Курская битва пока­зала всему миру превосходство советской пехоты, артиллерии и особенно танковых войск и

авиации над гитлеровскими. Нанеся врагу не­сколько мощных ответных ударов, Красная Армия перешла в решительное контрнаступ­ление.

Штурмовик лейтенанта Бабкина в составе 33-й армии был переброшен на освобождение Харькова.

Как-то, успешно разгромив артиллерийско- минометные позиции противника на окраине этого оккупированного врагом украинского го­рода, шестерка штурмовиков, куда входил и са­молет Бабкина, возвращалась на свою базу. Вдруг ведущий шестерки увидел длинную це­почку отступающих танков и автомашин про­тивника.

Проверив оставшийся боезапас, отважные соколы повели штурмовики на снижение. На врага обрушился огневой и бомбовый удар. И тут неожиданно наша шестерка была атакова­на неприятельскими самолетами, прикрывав­шими отход своих войск. На каждый «ИЛ-2» приходилось по три стервятника. Применив знаменитый «круг», штурмовики приняли воз­душный бой.

В этом неравном бою проявились все луч­шие качества и поистине неограниченные воз­можности советского самолета. Умело манев­рируя и пустив в ход всю огневую мощь «илов», наши пилоты успешно отражали воздушные атаки противника. В разгар боя на помощь «илам» подоспели краснозвездные истребители. Вскоре четыре «мессера» и три «фоккера», ос­тавляя за собой черные шлейфы дыма, рухну­ли на землю. Остальные поспешили удрать.

В этом же бою самолет Бабкина получил повреждение, а сам летчик был ранен в пра­вую руку. Но недаром среди авиаторов бытова­ла шутка: «Из боя «ил» доставит на честном слове и на одном крыле». О живучести штур­мовика, его высокой надежности и летно-бое­вых свойствах на фронте ходили легенды, как правило, имевшие под собой реальную основу.

Вот и на этот раз самолет и летчик не под­вели друг друга. Превозмогая боль, Михаил, практически управляя горящим самолетом од­ной левой рукой, отчаянно маневрируя, чтобы сбить пламя и оторваться от преследователей, покидал после боя. И штурмовик послушно, из последних сил тянул к своему аэродрому. Из­раненные человек и машина все же вернулись домой.

Рана на несколько месяцев вывела Бабкина из боевого строя. Но в начале 1944 года он вновь за штурвалом штурмовика. Шли решаю­щие бои за освобождение’ Белоруссии.

В районе Витебска шестерка «илов», в ко­торую входил и самолет Михаила Бабкина, по­лучила задание разгромить артиллерийско-ми­нометные позиции противника. Позиции были защищены зенитными орудиями. При подходе наших штурмовиков фашистские зенитки от­крыли злобный огонь. Рассеявшись, штурмови­ки сумели прорваться через оборону врага и открыли прицельный огонь.

После этого рейда на неприятельских пози­циях остались буквально груды разбитой тех­ники. Бомбами, сброшенными Михаилом, были уничтожены два артиллерийских орудия с расчетами.

В июне, в третью годовщину войны, нача­лась Белорусская операция. На огромном ты­сячекилометровом фронте развернулось наступ­ление наших войск. О накале этих боев хоть в какой-то степени можно судить уже по тому, что с 23 по 28 июня Михаил Бабкин совершил 22 боевых вылета. По 3—4 вылета в день.

Только за эти шесть дней войны отважный воин записал на свой боевой счет 85 уничто­женных вражеских автомашин и повозок с военными грузами, 5 орудий, до двух рот пе­хоты.

С ростом наносимого врагу урона росло число боевых наград на груди пилота. Ордена Отечественной войны I степени, Красного Зна­мени красноречиво свидетельствовали о бое­вых заслугах киргизстанца.

На войне у времени свои законы, свой бег, свой отсчет. За один военный год люди за­частую взрослели духовно и нравственно так, как не взрослели за несколько лет мирной жизни. Всего год прошел, как получил 20-летний Михаил Бабкин боевое крещение. Но разве можно было сравнивать нынешнего опытного и хладнокровного аса, предугадывающего и опережающего замысел противника, умеющего навязать ему свою волю, свою манеру воздуш­ного боя, с тем неопытным соколенком, каким пришел он из училища.

Летом 1944 года в Белоруссии советские на­земные войска, энергично поддерживаемые с воздуха нашей авиацией, добивали окружен­ные войска фельдмаршала Моделя, завершался разгром группы вражеских армий «Центр».

В боях за освобождение Белоруссии «летаю­щие танки» «ИЛ-2» особенно успешно действо­вали при разгроме гитлеровских войск, отсту­павших через реку Березину. При их появле­нии застигнутые у переправы вражеские солдаты дружно поднимали руки вверх, пока­зывая, что они готовы сдаться, только бы не попасть под кинжальный удар штурмовика. Конечно, брать в плен их летчики не могли. Они своим огнем расстреливали колонны про­тивника, сеяли в его рядах панику, оставляя фашистов для окружения нашим сухопутным войскам.

С ужасом вспоминая паническое отступле­ние своих войск через Березину, бывший ко­мандующий 4-й гитлеровской армией Курт Типпельскирх писал: «Непрерывные налеты авиа­ции противника причиняли тяжелые потери… а также вызывали бесконечные заторы среди отступавших колонн. Русские штурмовики то и дело разрушали мосты у Березины. После чего на восточном берегу всякий раз образовыва­лись огромные скопления машин…»

После разгрома врага в Белоруссии авиа­ционная база дивизии, в которой воевал Баб­кин, была выдвинута вплотную к границе Восточной Пруссии, Запомнился Михаилу рейд в районе Граево. Пролетая над станцией, лет­чики увидели эшелон из нескольких десятков вагонов и открытых платформ. На некоторых из них угадывались прикрытые брезентом тан­ки. Штурмовики пошли на снижение. Бомбы точно легли в цель. Внизу запылали вагоны, начали взрываться боеприпасы. Танки и другая техника превратились в груды металлолома. А некоторое время спустя подобная операция повторилась уже на вражеской территории, па станции Хайрикау.

Менее двух лет довелось участвовать в вой­не Михаилу Бабкину. А если учесть пребыва­ние в госпитале, то военный стаж летчика ог­раничится какими-нибудь полутора годами. Но за этот небольшой срок пилот совершил 192 боевых вылета. Он лично уничтожил многие де­сятки железнодорожных вагонов, автомашин, повозок с военными грузами, несколько само­летов, танков, самоходных, зенитных, артилле­рийских орудий и минометов, много живой си­лы противника.

Летчиков не очень часто награждали за один какой-то бой. Чаще всего их представля­ли к наградам за совокупность боев, за общее количество уничтоженной в их ходе живой силы и техники врага. Вот почему Указ Прези­диума Верховного Совета СССР о присвоении Михаилу Николаевичу Бабкину звания Героя Советского Союза появился три месяца спустя после окончания войны, в августе 1945 года.

Естественно, не вся война зависела от лей­тенанта Бабкина, как не зависит вся война от одного какого-то солдата. Но потому мы побе­дили в этой небывалой по масштабам войне, что в час смертельной для Родины опасности миллионы ее верных сынов встали грудью на ее защиту и заслонили собой. Мужество этих солдат было завещано им их отцами. Они, сол­даты Великой Отечественной войны, завещали это мужество, эту верность и любовь к родной Отчизне нам, идущим за ними.

Отгремели залпы войны. Но военный летчик Михаил Николаевич Бабкин остался в боевом строю, сохраняя верность небу и авиации.

Погиб он на боевом посту при выполнении очередного полета. Произошло это в 1959 году под Киевом. Было Герою в ту пору 37 лет.

Короткую жизнь прожил Михаил Николае­вич Бабкин. Но яркую и славную, достойную самого глубокого уважения. Именно о такой жизни говорил девять десятилетий назад Мак­сим Горький: «Пускай ты умер!.. Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером.»

В. ТИМИРБАЕВ