Титов Андрей Алексеевич

Андрей Алексеевич Титов родился в 1905 году в селе Покровка Пржевальского уезда в семье кресть­янина-бедняка. Русский. Член КПСС. Свой трудовой путь начал в 1918 году. Работал полеводом, скотником и рыбаком в артели «Красная волна», в колхозе име­ни Кирова и райпромкомбииате Джеты-Огузского рай­она Иссык-Кульской области.

Участник Великой Отечественной войны с октября 1942 года. Гвардии ефрейтор. Наводчик противотан­кового ружья. Боевое крещение получил на Сталин­градском фронте. Мужественный воин в течение 3-х месяцев сражался у стен города-героя на Волге. После разгрома гитлеровцев на Волге воевал на Орловско- Курском направлении.

За мужество и отвагу, проявленные в годы Вели­кой Отечественной войны, А. А. Титов был награж­ден орденами Отечественной войны II степени, Крас­ней Звезды и медалями. 15 января 1944 года ему при­своено звание Героя Советского Союза.

В декабре 1944 года Андрей Алексеевич Титов по состоянию здоровья демобилизовался из рядов Совет­ской Армии, работал председателем правления кол­хоза имени Кирова Джеты-Огузского района. Умер в 1981 году.

ИСТРЕБИТЕЛЬ ТАНКОВ

Известие о войне застало Андрея Титова в поле. Вместе с товарищами по бригаде он прочищал заросшие арыки и направлял тугие прохладные струи к стосковавшимся по влаге хлебным полям. Появление мальчишки-по­сыльного, мчавшегося прямо через колосив­шийся массив, поначалу никого не встревожи­ло. Только бригадир беззлобно ругнулся:

— Топчет хлеб, паршивец!

Однако, вскоре до хлеборобов донеслось:

— Война-а-а!

Нельзя сказать, что это известие было совсем уж неожиданным. Разговоры о возмож­ности нападения гитлеровской Германии на Советский Союз шли давно, но, тем не менее, известие ошеломило. И спустя несколько ми­нут на поле никого уже не было. Только лег­кий ветерок с гор слегка покачивал упругие стебли пшеницы, да жаворонки, поднявшись высоко над хлебным морем, продолжали свою нескончаемую песню.

Когда Титов добрался до райвоенкомата, здесь уже было многолюдно. Сворачивали ци­гарки из лютого самосада старики, воевавшие еще в первую мировую и гражданскую, обо­собленно стояли молодые ребята, доносилось всхлипывание из толпы женщин. Двери воен­комата глухо хлопали, впуская и выпуская людей, и этот звук напоминал разрывы даль­них снарядов. Наконец кто-то догадался снять с них тугую пружину. Теперь только ровный шум от негромких разговоров нарушал ти­шину.

Почти все ровесники Андрея уже в первый день получили повестки, и он, уверенный что пойдет на фронт вместе с ними, вошел в полу­мрак военкоматовского коридора. Не мог он знать, что будет периодически появляться здесь в течение шестнадцати месяцев и ухо­дить ни с чем. Он понимал, что Родине нужны не только бойцы, но и хлеборобы, но это было слабым утешением. Титов, казалось, физически ощущал на своей спине взгляды тех, чьи сы­новья, и отцы ушли на фронт. И это заставляло его вновь и вновь открывать двери военкомата с их тугой пружиной. И, наконец, ему удалось взять свой первый военный рубеж. Двадцать пятого октября 1942 года Андрей Титов полу­чил повестку о призыве в Красную Армию.

Дни подготовки в учебном полку тянулись черепахой. И хотя скучать было некогда —- все свободное время занимали военная подготовка, марш-броски с полной выкладкой, политза­нятия и получение других, необходимых для настоящего солдата навыков — листки падали с календаря так же медленно, как листья с де­ревьев в теплую затяжную осень.

А события на фронте разворачивались стремительно. Враг вышел к Волге и остано­вился у стен Сталинграда. Название этого го­рода не сходило с уст молодых воинов. Каж­дый хотел оказаться на месте защитников волжской твердыни, быть на острие боев. И им повезло, этим ребятам учебного полка, в ко­тором находился Андрей Титов. С группой по­полнения они влились в состав кавалерийской дивизии под командованием полковника Бело­ва, воевавшей у Сталинграда.

Три месяца рядовой Андрей Титов сражал­ся у стен города и в промороженных насквозь степях. Здесь довелось ему впервые встретить­ся с танковой армадой гитлеровцев, триумфаль­ным. маршем прошедшей по странам Европы. В России у фашистских вояк парадного шест­вия не получилось. Воспрепятствовали этому такие парни, как Андрей Титов. Противотан­ковое ружье, первым номером которого был назначен боец из Киргизии, не самый легкий вид стрелкового оружия как в прямом, так и в переносном смысле этого слова. Но Титов готов был перенести любые трудности и лише­ния, тащить на плечах многокилограммовое ружье, чтобы подвести, наконец, прицельную планку под наиболее уязвимую часть корпуса вражеского танка. Пропорционально перене­сенным трудностям рос и военный опыт бой­ца. А при сражении на Орловско-Курской дуге был открыт и его лицевой счет подбитым вра­жеским танкам.

Фронт откатывался на Запад. Отступавших фашистов преследовал и кавалерийский полк Титова. А 16 сентября конники полковника Бе­лова вышли к Десне. Но о том, чтобы напоить коней из этой полноводной реки, думать было еще рано. С хорошо укрепленного правого бе­рега фашисты простреливали каждый клочок левобережной земли. На участке фронта, ко­торый занимала дивизия, ей противостояла 8-я пехотная дивизия венгров. Форсировать вод­ную преграду с ходу было весьма затрудни­тельно. И конники стали тщательно готовиться к переправе. Строили плоты, устанавливали понтоны, изыскивали подручные плавсредства. Ранним осенним утром водный рубеж остался позади, и конники, преследуя врага, заняли местечки Мепу, Волосковцы, Феськовку. В по­мощь своим союзникам гитлеровцы бросили отборные части и смогли создать линию оборо­ны Дубровное — Смычик — Стаси. Они прила­гали все усилия, чтобы не допустить прорыва советских войск в Гомельском направлении.

19 сентября четвертый эскадрон 60-го кава­лерийского полка, в котором служил Андрей Титов, с боем занял село Кобеляику. Пока противник, опасаясь окружения, перегруппи­ровывал свои силы, советские войска устреми­лись вперед и на плечах отступающего врага заняли населенные пункты Чертореку, Товто- лес, Котово и с юго-запада двинулись на Чер­нигов. Операция, начатая ударом 60-го кава­лерийского полка, была столь стремительной, что в боях за Чернигов гитлеровцы уже не смогли оказать организованного сопротивле­ния. За эту победу гвардейский полк получил наименование Черниговского. Награды был удостоен и Андрей Титов. Его грудь украсила медаль «За отвагу».

В конце сентября полк вышел к одному из главных водных рубежей Великой Отечествен­ной — Днепру. Кавалеристы сосредоточились в лесу западнее села Новая Руня. Каждый из бойцов знал, что наступило время одного из главных экзаменов. И от того, как он подгото­вится к нему, зависит не только его жизнь, но и скорейшее изгнание фашистских орд с род­ной земли. А на приготовление к форсирова­нию Днепра командование отводило всего два дня. Нельзя было дать врагу время для укреп­ления оборонительного вала, каждый час позволял ему подтянуть к главной реке Ук­раины свежие части и подразделения.

Титов, вот уже который раз, разбирал свой ПТР, заботливо протирал каждую деталь. Оружие было знакомо ему, как свои пять пальцев. И немудрено, ведь оно прошло с ним от Сталинграда до Днепра. Каждая царапина на некогда вороненом стволе, на когда-то по­лированном ложе напоминала о днях и кило­метрах войны. Давно старшина предлагал ему поменять свое противотанковое ружье на но­вое, но Титов отказывался:

— Друзей не меняют. А проверяют их на­дежность в тяжелом деле. Мой ПТР еще не подводил…

В ночь перед переправой никто из бойцов подразделения не спал. День предстоял труд­ный, и каждый воин это хорошо понимал. Кто писал письма домой, кто чистил оружие, кто, присев около ветерана, слушал незатейливые солдатские байки. Люди стремились уйти от мысли о том, что ждет их через несколько часов.

Те, кому пришлось воевать, знают, что бы­вают на фронте моменты, когда вперед идут добровольцы. Сделав шаг вперед из строя, боец тем самым говорил, что готов к любым труд­ностям, что подготовлен физически и морально для подвига, что на него можно положиться в самую трудную минуту. Час назад такой шаг сделал истребитель танков Андрей Титов.

А сейчас он перечитывал письма из дома, вынимая их из противогазной сумки, давно потерявшей свое первоначальное предназначе­ние. Сейчас здесь хранились письма, патроны и другой немудреный солдатский скарб. Из Киргизии писали, что дела в колхозе имени Кирова, где он работал, идут неплохо, урожай

ожидается хороший, только вот с уборкой бу­дут трудности, не хватает механизаторов. И еще мать писала о том, чтобы крепче бил Ан­дрей фашистов и поскорее возвращался домой: истосковалась земля по крепким мужским рукам…

Сигнал к началу переправы прозвучал на рассвете. Осторожно столкнув грубый, но креп­ко сколоченный плот в воду, бойцы ударной группы лейтенанта Симонова выгребли на се­редину реки. Рваные клочья тумана, опустив­шегося на серую воду, не только затрудняли врагу видимость, но и скрадывали плеск весел. Плот обнаружили уже метрах в семидесяти от правого берега. Пристрелянные участки об­легчали задачу вражеской артиллерии. Когда до кромки берега оставалось шагов пятьдесят, снаряд накрыл плот, и бойцы оказались по шею в воде. Подняв вверх оружие, они с большим трудом выбрались на берег. Не бросил свой ПТР и Титов, хотя ему пришлось вдоволь ис­пить холодной днепровской водицы.

Так была выполнена первая часть боевой задачи, поставленной командованием. Плац­дарм занят. Но теперь его нужно отстоять до прихода основных частей. Внезапность помог­ла добровольцам закидать гитлеровцев грана­тами и занять первую линию их обороны. Лей­тенант Симонов приказал бойцам приготовить­ся к отражению контратаки фашистов. И она не заставила себя долго ждать.

Впреди послышался приглушенный рокот моторов. Шли танки. Титов напряженно всмат­ривался в пространство перед окопами, пыта­ясь угадать, откуда они появятся, чтобы занять удобную позицию на фланге. Лобовая броня бронированной машины не боится ни пуль ПТР, ни даже снарядов противотанковой пуш­ки. Значит, нужно обстреливать танки с флан­гов, подбираясь к ним как можно ближе или подпуская к себе на возможно близкое рас­стояние.

И вот прямо перед окопами появились три «тигра». За ними шли вражеские автоматчики. Симонов приказал без команды огня не откры­вать и, подобравшись к Титову, сказал:

— Ты у нас за бога войны, за артиллерию. Надежда на тебя, Андрей. Попробуй остано­вить эти коробочки, а с пехотой мы справимся сами.

Шли минуты. Сокращалось расстояние меж­ду бронированными машинами и солдатом, оружие которого, по сравнению со стальными громадинами, казалось детской игрушкой. На­чалась неравная дуэль. Тщательно прицелив­шись, Титов с первого же выстрела остановил головной танк. Но два других продолжали уп­рямо ползти вперед. Выбрав момент, когда второй «тигр» повернулся к нему боком, Анд­рей выстрелил прямо в крест, нарисован­ный на его грязно-зеленой броне. Снаряд ПТР попал в место хранения боекомплекта и мощ­ный взрыв разворотил стальную махину. Ко­мандир третьего танка не стал испытывать судьбу и повернул назад, оставив сопровож­давшую его пехоту. Большая часть вражеских автоматчиков была уничтожена, остальные бросились наутек. А ночью на плацдарм, кото­рый отстояли добровольцы Симонова, высади­лись остальные бойцы полка, и в ночном бою был занят хутор Веле. В этом сражении Ти­тов лично уничтожил три фашистских пуле­метных гнезда и помог своим однополчанам продвинуться вперед с минимальными поте­рями.

Эскадрон продвигался на запад относитель­но быстро, подавляя сопротивление немного­численных групп противника в селах и хуто­рах. Но у села Галки фашисты собрались с си­лами и попытались остановить продвижение конников. Поддерживаемые танками и само­ходными орудиями, гитлеровцы предприняли попытку перейти в контратаку. Кавалеристам пришлось спешиться и окопаться. Прямо к нас­пех отрытому окопчику, в котором находился Титов с напарником, двигалось самоходное орудие «фердинанд». Поливая пространство перед собой свинцом, многотонная махина не давала возможности конникам поднять голову. Пули стригли траву и поднимали фонтанчики пыли. Тщательно прицелившись, Андрей выс­трелил один раз, другой, третий. II самоходка запылала. Фигуры в черных комбинезонах покидали горящую машину и пытались скрыть­ся в густом дыму. Однако Титов настигал их автоматным огнем.

Преследуя отступающего противника, эс­кадрон оторвался от своих частей. Возникла угроза окружения. Но отходить, отдавать вра­гу политые кровью километры своей земли бойцы не хотели, просто не имели права. Ре­шили держаться до прихода основных сил пол­ка. Это был, как вспоминал впоследствии Анд­рей Алексеевич Титов, один из самых тяжелых его боев. Против группы отважных конников было брошено девять танков и около батальона пехотинцев. Титов из своего ПТР поджег две машины, а когда кончились боеприпасы, заме­нил второго номера пулеметного расчета.

Наспех выбранная позиция не давала воз­можности иметь широкий сектор обстрела. Это быстро поняли солдаты противника и ста­ли обходить огневую точку с флангов. Тогда ефрейтор Титов стал… живой турелью для пу­лемета. Подставив под его треногу свою спину, он дал пулеметчику возможность вести обстрел практически на 360 градусов. Так и сражались бойцы, подменяя друг друга, до подхода своих частей. Затем противник был отброшен, взят в клещи и наголову разбит. За бой у села Гал­ки  ефрейтор Титов был представлен к званию Героя Советского Союза. Это произошло 6 ок­тября 1943 года.

Тяжелыми и кровопролитными были бои за Советскую Белоруссию. Каждая пядь зем­ли, каждый населенный пункт давались ценой больших потерь. Многие товарищи, с которы­ми начинал службу Титов, сложили свои го­ловы за освобождение Родины. Был тяжело ранен и Титов. Радостная весть о присвоении Указом Президиума Верховного Совета СССР Андрею Титову звания Героя Советского Сою­за застала истребителя танков в госпитале. Врачи приложили все усилия, чтобы не толь­ко спасти жизнь Героя, но и вернуть его в строй. Однако медицинская комиссия госпита­ля пришла к единодушному мнению: «К служ­бе в армии не пригоден».

— Не тушуйся, солдат,— сказал при рас­ставании лечащий врач. — Победа куется не только на передовой.

И Андрей Алексеевич Титов вернулся в Киргизию, в родное Прииссыккулье, сменил ратный труд на труд земледельца.

Знакомо хлопнула дверь в районном воен­комате, куда пришел демобилизованный по ра­нению солдат. Сколько людей прошло сквозь нее, чтобы отправиться на фронт. Не все из них вновь открыли ее, вернувшись с фронтов Великой Отечественной. И те, кто пришел до­мой, должны были трудиться на стройках, пашнях, фермах, на заводах и фабриках и за себя, и за товарищей, отдавших жизнь за ве­ликое право жить, трудиться, знать, что такое счастье.

Герой Советского Союза Андрей Алексее­вич Титов до последних дней своих трудился в колхозе имени Кирова Джеты-Огузского рай­она Иссык-Кульской области. Кавалер многих боевых наград, он имел отличия и за трудовые подвиги.

Ю. ОМЕЛЬЯНЕНКО